:: линии кензо. primavera ::

В большом старом городе стоит двухэтажный дом в центре. Два печальных пожилых атланта держат на плечах балкон. Поговаривают, что дом собираются снести. К тому времени в городе уже не будет никого, кто был маленьким, когда этот дом строился, поэтому переместимся за белую занавеску в небольшую комнату.

Посередине комнаты лежит не очень ровный и немного выцветший ковёр. Это обычный бабушкин ковёр. Очень старый, очень хороший, поэтому его никогда не выкинут. И не очень ценный, поэтому его не продали в тяжелые годы. Ковер пахнет сумахом и почти не пыльный. У ковра нет центра, потому что орнамент выткан полосками. Но все же …

В центре ковра стоит девушка в рубашке с большим воротником. Стоит вот уже минут десять. Свет она не включала. Свечей не зажигала. Ноги, ровные, не самые красивые, ухоженные. Девушка стоит босиком и почти не дышит. Ей кажется, что если она вздохнет полной грудью, то взлетит занавеска. Фонарь, подвешенный между домами, качнется и упадет вниз. Могут даже хлопнуть окна в доме напротив.

Ей кажется, что может произойти замыкание и выключится сигнализация в банке. Один за другим выключатся кондиционеры, и город ввергнется в хаос. Люди будут собираться в группы по сорок, и заполнять идущие в пригороды шоссе и проспекты. На её губах нет помады. Губы чуть подсохли, но не дрожат. Просто она не дышит, и для этого «не дышит» у нее есть серьезные причины.

Ей нельзя заступать за ковёр, потому что дом очень старый, пол может начать шататься. Соседи позвонят в мэрию, и дом решат снести. Нет. Она будет спать на ковре, свернувшись в клубок. Она садится на корточки, становится на колени на невысокий ворс и решает осторожно сесть. Дверь закрыта, газ не включен. Есть ей не хочется. Желание пить она в состоянии пересилить.

Есть только одно обстоятельство, которое заставляет её вздрогнуть и начать тереть усталые глаза. Она забыла телефон на кухне. Когда он будет звонить, надо будет собрать всю волю в кулак, чтобы не подойти, не шуметь, не дышать, не говорить алло. Сегодня вечером главное не заступать за пределы ковра. Завтра это пройдет, убеждает она себя.

Она вдыхает глубоко, глубоко. Так глубоко, что в легких завязываются лабиринты, отвечающие за волю. Не брать телефон легко. Легко. Легко. Главное заснуть быстрее. Она закрывает лицо обеими руками и выдыхает всю накопленную за день тяжесть в ладони. Она бросает скомканные чулки на кресло и ложится на пол.

Утром, немного eau от Кензо за ушами и по шее, и она, сбегая по лестнице, молится стесняясь. Выбегает из подъезда на светлую улицу. Говорит атлантам: «Хорошо, что никто не звонил, пожелайте мне хорошего дня».

Где-то по соседству хлопает окно.

0 комментариев

Оставить комментарий