Путы Пути

а хочешь мой поток сознания? в метро? в пути? Э-э нет, я всё равно пишу медленнее, чем течёт эта штука у меня в голове. Эскалатор. (Эскалатор у меня в голове). Постеры, постеры, постеры, зелёные, красные, жёлтые, лампы-стало-ктиты или гмиты – суперзаказ из ИКЕА по бешенным скидкам. Хотел пойти налево (ноги несут), а мне направо (так говорит табличка), и откуда у меня такая привычка ходить налево? Поток сознания жутко заслонён этой книжицей в руке и выпуклыми словами. Если в потоке сознания и есть какие-то слова, то явно не эти, они не должны быть такими (… инострашки с окольцованными бровьмИ – почему-то захотелось сказать «бровьмИ» (красиво же!) пытаются смешить наших глупеньких девчонок, школьницы, обмен, дружба, грёзы о…) не должны быть такими выпуклыми – как желтые прыгающие шарики в белой комнате. Диковинной сиреневости сидения в вагоне – как в финском автобусе – митта куулу вээнэлайнен – меня начинает лихорадить потихоньку я понимаю что не умею обуздывать потоки сознания (их должно быть несколько – так чувствую – они текут одновременно и в разные стороны, они в разных пространствах) слово «должен» мне активно не нравится зачем же я его произношу? мусор, мозОха – в печь… «Упс-с-с», - говорит дама в нежно сиреневом кашне (училка английского?); «площадь Александра Невского», - говорит вдумчивый голос (странно, он произносит «площадь» с маленькой буквы, а «Александра» и «Невского» – с большой). Станция давно позади, а я всё думаю, что же сказал поезд, когда тормозил. Вот уж этого никак мне не передать, тут я окончательно бессилен, и то, что он говорит сейчас (вся его речь) останется со мной – или ни с кем, потому что я всё забуду, хотя и буду хранить всегда (не нравится слово «всегда» - оно слишком примитивно, для того ОГО-ГО, которое я собираюсь жить в … мирах вселенной). Линолеум тоже грязно-сиреневый (определённо – сговор), с фактурой дерева причём (сиреневое дерево, Дерево Сирина). Мокрый шарчок, след высыхает, пока я на него смотрю (или пока я на него не смотрю), сознание моё умиротворяется и начинает течь медленнее, чем я записываю. Ещё немного поупражняться – и я стану Буддой :) нарисовал смайлик, как глупо, зачем из компьютера на бумагу перетекла такая закорючка. И всё же от неё тепло… как от батареи, батарея-батарейка: +/-, на кончике языка кисловато щиплет. Поезд опять говорит примерно то же самое, что и пару минут назад, рядом села девушка в дублёнке-растрёпке, прижимает чёрную сумочку, я касаюсь её локтём через слои шерсти, синтетики, кожи и ещё чего-то неизвестного, на этом наше общение исчерпывается. Прямо по курсу 4 длинных ноги в джинсах и кроссовках, между ними то и дело падает из ниоткуда ё-ё, поезд говорит громче, чем 4 ноги. (Поезд в моей голове). Напротив, левее сидит пожилая женщина в зелёном пальто с огроменным чёрным кубом сумки (я думаю, что у моей бабушки могло бы быть точно такое же тёмно зелёное пальто), она смотрит поверх моей головы так, словно там открывается вечернее бездонное небо (замечаю, что у неё очень крестьянские руки, у бабушки были такие руки), но глаза у неё совсем не как у моей бабушки, это меня неприятно удивляет, глаза у неё выпуклые и голубые и … эх, как там у Венички было – вот-вот польются. И за что ты, Веничка, любил эти глаза нашего народа? Я вот люблю другие глаза нашего народа. Веничка, Веничка, какой же ты хороший, Веничка… А я уже на эскалаторе (эскалатор опять во мне). Я всё время прерываюсь. Этакий скачкообразный поток. Азбука Морзе. А в глазах – ё-ё, жёлтый ё-ё, шипастый ё-ё, как наконечник булавы. Никакого такого чистого потока сознания нет и в помине – всё это имитации. Не будь этой книжицы – не было бы и этих слов, бумажных выпуклых слов. Так и видны руки в резиновых перчатках, колбы, реторты, спиртовки – а мы тут получаем Чистый Поток Сознания, марка «Чистый – С», 98%, больше никак, есть отдушки – апельсиновая, лимонная, клюквенная, вам какую-с? Ну а что, если убрать алхимию. Диктофон… Н-да, и что? сидеть на этом финском сиденьи цвета сиреневой штукатурки и при всём честнОм народе наговаривать? И что выиграешь? Скорость? сколько ни лейся – всё вольётся, и без порогов? А потеряешь всё остальное – сокровенность – выйдет публичное выступление. Быть пофигистом не невозможно. Просто надо понимать, что подобный пофигизм есть род изощрённого эксгибиционизма. Тут мало быть отстранённым, тут надо плюнуть на всех в открытую, бросить вызов, или уж … искать сочувствия своему честному поиску… а это почти подвиг. А так – пишу и пишу себе в магазинчике, никого не трогаю – острые носы под клёшем наступают мимо, глупая музычка, «хлеб, вино и котлеты», а я щас куплю кефира! Беседа? Это ближе к потоку, и всё же… беседа – это включённость друг в друга, это исход из себя в другого. Но разве я сейчас не беседую? Разве я никуда не обращён? Да что бы, когда бы и как бы я ни говорил – я всегда обращён к другому, пусть и воображаемому… Жёлтый ё-ё с шипами всё прыгает у меня перед глазами. Вбежав в автобус (будет ли счастливый?), я вдруг понимаю, что моё сознание в принципе не поточно (093 117, что-то в этом есть), и откуда они взяли это дурацкое словосочетание, моё сознание делает всё, что угодно, только не течёт – прыгает, двоится, спотыкается, выстреливает ввысь, проваливается, вязнет в ловушках, срочно меняет маски, тащится как брезент по асфальту, виляет как пьяный велосипед (не велосипедист, а именно велосипед). Видимо, я очень несовершенный человек. К тому же, всю эту хрень я, очевидно, собираюсь перенести в числовой ящик (а по началу ведь совсем не собирался, ну вот ни капли?) и повесить в И-нете, друзьям-с, на те, кушайте, родные, это я, моя жизнь, моё кочковатое сознание. Ё-ё просто преследует меня, всё время падает и падет из ниоткуда где-то на краю зрения, жёлтенькое, блин, с шипами. И почему ж я в моём «ПС» ни разу, ну ни разу добротно не выругался, ай-ёбэндэ-закукайло?! Пуркуа? Да потому что идолы, цензоры и прочие 7 нянек плотно кутают поточек моего сознаньица! О (чую я), как я сейчас начну ругаться! Ай-яй-яй! Строчки запрыгали, занеистовствовали (длинное какое). Воли требуют, брыкаются: «совет постановил освободить нас от совета!». «Оплачиваем проезд. Оплачиваем проезд». Оплачиваем? Чем же? чем же мы оплачиваем проезд? (явный приёмчик – совмещение двух точек зрения в одном слове, кондуктор якобы встаёт на сторону пассажира, о, как он хитёр, этот кондуктор, как тонко он использует психологию, которой не знает). Проходим, проходим, граждане, нечего тут толпиться, человек пишет всякую муть в книжечку. Оглядываюсь. Да им всем абсолютно… Ни х…я себе! Я проехал не то что свою остановку, я уже х.з. как далеко от своей остановки! (Аббалдеть, вышел-таки на какой никакой поток!). Из кармана джинсов со мной хотят говорить, а я стою как дурак на зелёном светофоре и в темноте под мокрым снегом быстро докарякиваю слова. Интересно, я выругался потому что перед этим удивился, что ни разу не выругался, или просто потому что выругался? Что это было – проявление свободы или результат насилия? Вот только что, только что всё было, я осознаю себя и своё сознание – и я понятия не имею, что было в моём ругательстве – бунт раба или щелчок патриция. И вот опять – еду в автобусе, который едет во мне (318 103 – явный напряг с талонами на счастье ( а в голове - куча сигнального словесного мусора)). На эмоцию вышел, вот и весь фокус-покус, при чем тут поток сознания, а может… эмоция и придаёт сознанию текучесть. Те-ку-честь (нравится это слово).… … … … … … … … … … … .. и кажется мне, где-то в глубине меня, где всегда покой и улыбка ребёнка, там-то и пребывает настоящий, неспешный и могучий поток сознания…. вот только…. слова-то тут ни при чём

многоточие

смайлик
  • нет
  • avatar Vasilko
  • 0
  • 306

0 комментариев

Оставить комментарий