Север

Твои губы на миг стали чуть теплее, я узнал по ним о начале блокады,
прочитал, что север приходит в город сквозь пустое пространство контурной карты.
Ты не знала о том, что нас окружили, потому что ночью спала свернувшись,
по узлам суставов и сухожилий на твои ладони прокрался ужас –
и, боясь опомниться, ты хватала и несла к устам мой большой и средний,
но гортань хранила лишь вкус металла. Этой степени окиси быть последней.
Даже если утро не наступило, мы открыли дверь, от предчувствий ежась, –
и не то, что небо нас удивило, но его несвязанность и несхожесть
с темным водным пластом за парапетом или со слезящейся роговицей.
Ты молчала, думая не об этом, а о том, как страшно остановиться.
Мы прошли насквозь этот двор-колодец, чтоб потом с канала свернуть на Невский;
город прятал лица и тихо плакал, словно паж, которому больше не с кем.
Снег, отмеренный локтем, скупой щепоткой, как и все в этом мире – пустом, осадном, –
кутал в саван шпиль, делал след нечетким и уже был более, чем осадком,
и, как будто выжив, почти целуясь, наши две фигуры оберегали
тонкий бледный локоть меж двух подушек – и рукав, ограниченный берегами.


28.4.2004
  • нет
  • avatar stalo
  • 0
  • 370

0 комментариев

Оставить комментарий