Смертоносные: шаг в никуда

Обломки лежали повсюду: ошметки колючей проволоки, куски крыши, растрескавшиеся железобетонные плиты. Остатки домашней утвари вперемешку с трубами, кирпичами и битым стеклом, напоминали, что здесь еще недавно жили люди. Покореженный броневик завалился на бок, как туша мертвого фантастического животного, а защитная стена, проломленная во многих местах, горько улыбалась беззубой пастью. Из оружейного склада валил густой дым, позади здания раздавались редкие выстрелы.

Взрыв огромной силы на несколько секунд оглушил Бенджи, он повернулся в сторону завода сахарной пудры и почувствовал, как в лицо ударила волна горячего воздуха. Пальба из винтовок прекратилась, сменившись диким криком и улюлюканьем со всех сторон.

— Почуяли вкус сладости, сволочи, — с горечью прошептал Бен, он отпустил рукоятку крупнокалиберного пулемета в котором кончились патроны и отойдя в строну на несколько шагов споткнулся о чье то тело, одна рука которого сжимала канистру, а другая автомат. В канистре, которую с большим трудом удалось вырвать из руки мертвеца, оказался клубничный сироп, а когда Бен с усилием передернул затвор автомата, тот щелкнул тем самым страшным и решительным звуком, который издает оружие, зная, что в этом последнем бою оно не подведет своего владельца.

Около полусотни газелей-мутантов преодолели остатки защитной стены и, влекомые запахом, витающим в воздушном пространстве разрушенной базы «Постоянная», имеющим, казалось, сладкий привкус, направили свои изъязвленные, пышущие сахарной страстью тела в сторону завода.

Через разорванную на спине рубашку Бенджи была явственно видна огромная, от плеча до плеча, татуировка креста, по которой текла красная тягучая жидкость — это клубничный сироп, выливаясь из поднятой над головой канистры, нехотя струился по телу, превращая человека в ходячую мишень.

Газели оживленно захлюпали носами и, остановившись, водили головами из стороны в сторону, пытаясь определить источник соблазнительного запаха.

В голове у Бена не было никаких разумных мыслей, а из чувств осталось всего одно. Он поднял высоко над головой оружие и обратил взор к небу:

— Господь — Пастырь мой; я ни в чем не буду нуждаться: Он покоит меня на злачных пажитях и ведет меня к водам тихим, подкрепляя душу…

Пятью часами ранее.

— Ты новенькая, лейтенант?

Ля Фам хотела промолчать в ответ — в последнее время она не испытывала потребности в словах, мало ела, мало думала и почти ничего не чувствовала, — но сержант Номак беззастенчиво сверлил ее взглядом, и пришлось через силу выдавить пару слов.

— Только что прилетела.

И эта короткая фраза была серьезной ошибкой.

— Говорят, ты прямо с «Безмятежной»? Там была бойня, это правда? Ты ведь единственная, кто выжил? Нет? Но мы же потеряли базу? Тоже нет? Значит, у меня все сведения неверные? — Номак, казалось, нимало не огорчился данному факту. — Ну, так что у вас там случилось?

— Сержант, мой отряд погиб на задании, а меня перевели в более спокойное место… Я очень устала.

«Может, чувство такта заставит его заткнуться», — подумала Ля Фам, но не тут-то было.

— Да, точно, до недавнего времени у нас тут было тихо. Прилетел, зону зачистил, улетел — и весь день на боковой. Но теперь отстроили завод сахарной пудры — по слухам, командование собирается ее смешать с какой-то заразой и распылить прямо над гнездом этих тварей. Только никто не знает, где это гнездо находится. Может, оно и вовсе под землей.

Ля Фам посмотрела на сержанта как на идиота:

— Газели в гнездах?

— Да кто знает, в какой заднице эти мутанты обитают. Только учти — эту задницу придется искать таким как ты и я. Такова доля солдата — вечно лезть в жо…

— Хей, Ном, майор требует всех на брифинг, — проходящая мимо симпатичная женщина с погонами капитана послала воздушный поцелуй сержанту. — Пятнадцать минут.

— Таша, ты издеваешься? А как же моя личная жизнь?

— Обними винтовку ночью покрепче и лично живи сколько угодно, — капитан заговорщически подмигнула Ля Фам, как будто та была в курсе какой-то связывающей их тайны.

— Ладно пойдем, заодно увидишь наши достопримечательности, — попытался приободрить явно разочарованную спутницу Номак. — Не горюй, у майора голос ласковый, льется как колыбельная, если не захрапишь на брифинге, вы подружитесь.

Шум, веселый гам и неразбериха в штабе стояли такие, что Ля Фам, увлекаемая сержантом к свободному столу, была уверена — на нее никто не обратил внимания.

Они сели рядом, а сержант Номак все не закрывал рот.

— Видишь того странно прихрамывающего пижона? Это Твистер, из разведки. На первом же задании одна из газелей откусила ему часть правой ягодицы.

— Брешешь.

— Смотри, — Номак свистнул. — Эй, Твистер, у тебя еще осталась какая-нибудь сладкая часть тела, что бы покормить газелей?

— Поцелуй меня в зад, сержант, — мужчина дополнил слова полагающимся в этой ситуации жестом.

— Ты хотел сказать — в полузадие? — Ном показал тот же жест в ответ.

Чтобы остановить глупую перепалку, Ля Фам указала на странного человека, сидящего за соседним столом, полубоком к ней. Перед ним на столе лежала Библия, а на ней – пистолет.

— А это кто?

— Старший сержант Бенджи, — прошептал Номак. — Он немного того, на религиозной почве.

— С чего это вдруг? — тоже перешла на шепот Ля Фам.

— Заглянул в глаза смерти.

— Ты банален.

— Не, это правда, я сам там был — газель…

— Тоже откусила ему часть… Подожди, чем это он занимается?

— Я же тебе говорил — он того, на каждом патроне крестик выцарапывает, и на спине у него выколот огромный крест от плеча до плеча, а еще он постоянно цитирует Псалтырь и Библию. — Последнее слово прозвучало чересчур громко, и Бенджи вопросительно повернулся в сторону Номака, но тот не растерялся и сразу же пошел в атаку. — Старшина, а это не богохульство — класть предмет, которым лишаешь жизни, прямо на святую книгу?

Бенджи, не меняясь в лице, повторил жест, который до этого показал Твистер, и отвернулся.

— Неплохая библейская цитата, — Ля Фам прикрыв глаза, прислонилась спиной к стене. — А ты здесь всеми любим, как я вижу.

Ответ сержанта она уже не услышала. Ее тело, вне зависимости от окружающей обстановки, требовало отдыха, и голова без лишнего принуждения подчинилась. К сожалению, долгожданное забвение так и не пришло. Лейтенант снова взбиралась на гору, легкие разрывало на части, ей было очень страшно и так не хотелось умирать, но пылающий остов вертолета поддержки остался далеко позади, а впереди — тьма, многодневное одиночество, безысходность и твари. В сознании почему то возникли рытвины, которые газели проделывали на бегу своими копытами, и черные зрачки, высматривающие не кого нибудь, а именно ее, Ля Фам — одинокую, напуганную и беззащитную, на их территории.

Оказалось, что газели — не самые жуткие существа, встреченные ею на пути. Одно животное, похожее на кролика, набросилось на лейтенанта, пытаясь добраться до шоколадной плитки, случайно забытой в кармане — оно разорвало крючковатыми, неимоверно острыми ушами кожу на бедре Ля Фам, клацая зубами, тянулось к горлу сопротивляющейся жертвы. Пришлось душить кролика голыми руками.

Проклятый кусок шоколада чуть не стоил ей жизни. Потом еще не раз Ля Фам выманивала ушастых мутантов с помощью сладостей, набрасывала на них комбинезон и отработанным движением сворачивала тварям шею. Бессилие и ненависть переполняли лейтенанта при мысли, что за ней не прилетят, и надежды на спасение нет. Безумие фатализма заставляло ее творить странные, страшные вещи, уничтожать как можно больше этих мерзких существ, до того как…

— Лейтенант, брифинг начался, — Номак толчком разбудил спящую женщину.

— Меня зовут майор Роберт, — обратился к присутствующим человек, стоящий у стратегического планшета. — Для тех, кто не знает: верховное командование назначило меня…

— На сколько я отключилась?

— На пять минут, не больше.

— Дерьмо.

— Хороший сон обломался?

— Да, душила кроликов.

Номак понимающе угукнул.

— Здесь каждый имеет своих тараканов. Например, наш командир любит рисовать красным фломастером разные картинки во время собрания. А кролики это мило, очень по-женски.

— … таким образом, смешав сахарную пудру с этим веществом, — вещал майор, одновременно рисуя аляповатую схему на белой поверхности планшета.

Краем уха Ля Фам услышала оживленный спор у себя за спиной.

— Как считаете, коллега, художественное творчество нашего майора больше символизм или импрессионизм?

— Я бы сказал, что стиль уважаемого майора — определенно милитаризм.

— И какие аргументы, уважаемый коллега, вы готовы предложить в защиту своей необычной теории?

— Большую звезду на погонах художника.

Майор продолжал рисовать и объяснять одновременно:

— … и распылив это посредством установки, которую создали наши инженеры, над территорией мутантов, мы рассчитываем на полное уничтожение всей популяции зараженных животных…

Речь майора Роберта прервалась, взвыла сирена, и ее звук на кроткое время парализовал всех людей, находящихся в помещении штаба. Вскоре в зал для заседаний, чуть не разворотив двери, вбежал солдат, запыхавшийся и покрасневший от волнения.

— У нас прорыв! На заводе гигантский крот-мутант! Он сожрал несколько мешков пудры и, по-моему, он — или уже, наверное, они — - откладывают яйца!

На улице загремела длинная очередь станкового пулемета, несколько одиночных выстрелов вывели народ из оцепенения.

— По боевым постам! — заорал майор, — Быстро!

К пулемету присоединилось еще несколько, пару раз громыхнуло крупнокалиберное орудие, окно рядом с Ля Фам разбилось от пролетевшей шальной пули.

— В комнате напротив по коридору хранятся бронежилеты и оружие, — громко и четко произнес Бенджи. — У кого есть табельное оружие, вперед! Остальные ждут здесь!

Часть военных сразу же рванула в сторону, указанную сержантом, однако, пробежав несколько шагов, они встали как вкопанные — потрясший пространство взрыв гранаты за стеной в соседней комнате заставил некоторых офицеров пересмотреть свое решение и броситься к другой, противоположной двери. Пара человек прильнула к окнам. За ними творилось нечто невообразимое: стрельба и крики, и снова стрельба. Заскрежетала опорными балками какая-то конструкция. Один из офицеров, наблюдавший у окна за происходящим, проронил:

— Вышка с пулеметным расчетом рухнула.

Все здание штаба вдруг дрогнуло, вещи сдвинулись со своих мест, потолок треснул, пустив паутину из тонких черных линий. Пол в центре провалился, извергая из своих недр чудовищного крота — лоб его был покрыт серым грибком, а тело усеяно многочисленными желтыми наростами.

Ля Фам выскользнула из помещения и уже издалека услышала, как отстреливаются оставшиеся там люди. За одним из поворотов коридора чувство опасности просигналило ей сильным спазмом в горле. После недавнего случая, когда погибли все члены ее отряда, девушка доверяла своему чутью. Нырнув за угол, она обнаружила там такую же как она сама несчастную.

— Что там? — Ля Фам мотнула головой, показывая направление, в котором собиралась продолжить движение.

— У тебя оружие есть? — тихо спросила девушка, сев на пол.

— Нет, а у тебя?

— Армейский нож, хочешь? Я не очень в рукопашной.

— Нет, оставь себе. Я их голыми руками душить могу.

Девушка горько поморщилась, фыркнув.

— Это что-то личное?

— Здесь все личное.

— Алессандра. Я из техподдержки, инженер.

— Ля Фам.

Они осторожно выглянули из своего убежища. Два кролика-мутанта с ушами, похожими на засохшую кору, мгновенно среагировали, бросившись на девушек. Алессандра опустилась на колено и насадила первого на лезвие ножа. Истерично заверещав, кролик ударил ушами по ее руке с ножом — выронив его, девушка отшатнулась.

Следующий кролик сбил ее с ног, но на него Ля Фам накинула кофту, которую успела до этого с себя сдернуть, прыгнула на существо, обхватив его крепко, как профессиональный борец, и сломала чудовищу шею. Поднявшись, она пнула верещавшего монстра, проткнутого насквозь, вытащила нож и отдала его подруге, потирающей ушибленную руку.

Не увидев больше ничего подозрительного, они, крадучись, двинулись по коридору.

— Кстати, можешь звать меня просто Сандра. Спасибо тебе.

— Пожалуйста, — Ля Фам на секунду задумалась. — Знаешь, а ведь капитан уверял меня, что здесь у вас спокойно.

Алессандра рассмеялась:

— Ты не поверишь, мой говорил точно так же.

— Мужчины никогда не выполняют своих обещаний.

— В точку, сестричка.

Потратив около десяти минут на перемещение мелкими осторожными перебежками, девушки за одной из дверей столкнулись с Номом и Бенджи. Мужчины сразу же отдали девушкам свои бронежилеты, и хоть они оказались слегка большего размера, чем нужно, никто отказываться не стал. А потом предложили им вооружится. Ля Фам ласково, с неким извращенным удовольствием, погладила ствол гранатомета. Сандра просто взяла по пистолету в каждую руку.

Их маленький отряд остановился перед той самой дверью, за которой находилась территория кошмара.

Номак напряженно прислушался к стрельбе на улице.

— Единственный наш шанс — это прорыв к заводу и запуск распылителя сахарной пудры. К сожалению вынужден признать, что, скорее всего, у нас не хватит ни скорости, ни огневой мощи, чтобы добраться до места.

— Помолимся, — предложил Бенджи.

— Пусть они помолятся, — лейтенант решительно толкнула ногой дверь, вышла под закатное солнце на улицу и разрядила оружие в стаю газелей-мутантов.

Вверх взметнулся гриб из кусков плоти. Пасть гранатомета сразу же получила новое угощение. Выстрел — и справа разлетелись в разные стороны около десятка кроликов. Оружие перезарядилось, бабах — еще пятерка существ отправилась в мир иной. Не успев остыть, гранатомет изрыгнул смерть еще для нескольких существ, оказавшихся в зоне поражения.

Ля Фам бесстрашно продолжала косить врагов со всех сторон. Выстрелы из винтовок и пистолетов подпевали этой громыхающей музыке, которой дирижировала лейтенант. Мутанты устремились на звук битвы, словно море, — огромная серая масса копыт и голов волной покатилась к малочисленному отряду из четырех человек.

— Давно я так хорошо себя не чувствовала! — кричала Ля Фам, как сумасшедшая.

— Черт тебя дери! Мы не успеем! — перекрикивая выстрелы, Бенджи указал на спаренный крупнокалиберный пулемет, весь покрытый кровью и кусками шерсти животных. – Надеюсь, у него остались патроны.

Через минуту загрохотали множественные выстрелы.

В двадцати метрах от завода земля разверзлась, группа кротов-мутантов вылезла наружу, преграждая дальнейший путь. Ля Фам выбросила ставший бесполезным без патронов гранатомет и вместе с Сандрой начала расстреливать монстров из пистолета.

— Ложись! — Номак выдернул чеку, бросил связку гранат и грубо сбил обеих девушек с ног. Всю троицу осыпало волной грязи.

Через некоторое время они добрались до завода и вошли в здание. Выстрелы позади прекратились.

— Здесь рядом гараж, там должна быть бронетехника. — Номак говорил отрывисто, срываясь на хрип. — Если не перекрыть вход, мы не сможем их долго сдерживать! Система распылителя включается на втором этаже! Умри, но сделай! Понятно? — Он схватил Сандру за голову, прислонился своим лбом к ее и крикнул еще раз: — Понятно?!

Та закивала. Номак повернулся и собрался было уходить, но его схватила за запястье Ля Фам. Оценивающе оглядев сержанта с ног до головы, она коротко и быстро сказала: — Ты хороший человек, — и отпустила руку Номака.

Когда он ушел, Алессандра протянула обойму напарнице:

— Последняя.

— Оставь себе.

— Уверена? — Ля Фам промолчала.

Девушки подошли к железной двустворчатой двери.

— На второй этаж отсюда мы можем попасть только через склад, а там, сама понимаешь…

— У тебя остался тот нож?

Сандра протянула армейский нож.

Приоткрыв дверь, они увидели, как целых пять кротов-мутантов, жадно загребая в пасти сахарную пудру, тут же тужатся, откладывая белые шары идеально круглой формы.

Пули ворвались в тела животных, разбивая кротовые шары и мешки с пудрой, оставляя после себя пыльную взвесь. Сандра и Ля Фам, опустошив полностью боезапас, поспешили скрыться за крепкой дверью. Единственный выживший крот, раскрыв пасть, с шипением двинулся на них, но догнать не успел.

Подперев дверь плечом, Сандра вопросительно посмотрела на лейтенанта.

Ля Фам скинула неудобный бронежилет, сняла рубашку и, взяв ее за воротник, другой рукой вытащила из-за пояса нож.

— Я делала это с кроликами, сделаю и с кротом, — безжалостно произнесла она. — Помолимся?

* * *
-… если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной. Твой жезл и Твой посох — они успокаивают меня… — Бенджи направил автомат на окружающих его газелей-мутантов и нажал на курок…

0 комментариев

Оставить комментарий