Нас было множество - детей земли и ультрафиолета.
Дни окружали напролёт людей улыбчивые лица,
А я жалел, что не могу вдруг ощутить дыханье ветра,
И вижу Солнце только сквозь изломы плёнки на теплице.

Но в жизни каждого придёт когда-то страшное "однажды",
Жизнь очень круто повернёт: на дно забросит, или к славе.
И я сполна смог утолить познаний мучившую жажду,
Когда, один из многих сот, лёг на замызганный прилавок.

Я днями мёрз, а ночью прел. Тянулись сутки чередою,
Но вдруг меня взяла с собой красотка с грустными глазами,
И отнесла в старинный дом, тревожно пахнущий бедою,
Где все на стенах зеркала закрыты чёрными платками.

И вот теперь, под звуки труб, я брошен на асфальт за гробом
Той благодетельной рукой, что плен мой прервала щемящий...
Осталось только подождать, предсмертным взятому ознобом,
Когда по мне пройдётся дождь и сотни ног людей спешащих.